Борьба Русского государства за Могилев во второй трети – конце XVI века: дипломатия и война

 

Война ВКЛ с Русским государством 1534-1537 гг., начатая по инициативе Сигизмунда I в надежде на благоприятный исход в связи с проблемами престолонаследия в Москве и непрочностью позиций малолетнего московского монарха, не имела особых результатов. Истощив друг друга в осадах и сражениях, и не располагая больше силами и средствами для продолжения войны, враждующие стороны сели за стол переговоров. По их итогам 16 -18 февраля 1537г. было заключено перемирие сроком на пять лет, от Благовещенья 1537 г. до Благовещенья 1542 г. К ВКЛ отходила Гомельская волость, Русское государство получало Себеж и Заволочье, несколько сел на порубежье попадали под двойное управление. оставался в составе ВКЛ [1, №4. с.105] и два десятилетия не видел под своими стенами неприятеля.
Между тем, в межвоенный период, от перемирия 1537 г. и до начала Ливонской (в белорусской историографии Инфлянтской) войны между Москвой и Вильно проходил интенсивный обмен посольствами и дипломатической перепиской, в которых Могилев постоянно фигурировал в связи с территориальными претензиями сторон друг к другу. Перемирия периодически возобновлялись в 1542, 1549, 1553, 1556 гг., соответственно, на 7, 5, 2, 6 лет [1, № 10, с.193; № 18, с.305; № 27, с.409; № 32, с.513]. Позиция Москвы в территориальном вопросе оставалась неизменной – «вся Русь» есть «отчина» московской ветви Рюриковичей, которой Вильно должна «поступиться», и в качестве первого шага к «вечному миру» в 1567 г. Иван IV (1533-1584) будет требовать у Сигизмунда Августа (1548-1572) «…Шклов, Могилев и иные городы по Днепру» [2, с.262].
В 1558 г., под предлогом невыплаты «юрьевской дани» началась война между Русским государством и Ливонской конфедерацией, закрывавшей выход к Балтийскому морю, к которому так стремился Иван IV Грозный. Прелюдия войны и ее события хорошо изучены [3,с.169-174] и частично пересмотрены и переоценены в соответствии с новыми подходами [4, с.10-166], в которых гораздо больше заостряется внимание на участии в военных действиях войск ВКЛ [5, с.27-49]. Однако, отдельные моменты, касающиеся Могилева, требуют уточнений, по причине многочисленных расхождений, и нестыковок в процессе анализа и сопоставления нарративных, актовых, мемуарных и эпистолярных источников обеих воюющих сторон.
Уже на первом этапе войны по данным Лебедевской летописи весной 1562 г. Иван IV Грозный «…из Стародуба велел идти Путивльскому наместнику князю Григорию Мищерскому с товарищи и они воевали Могилеввские, Чичерские и Пропонские места. И пришли воеводы из Литовских изо всех мест со всеми людми повоевав дал бог здорово» [6, с.298]. Данные подтверждаются материалами разрядов, хотя Григорий Мещерский назван в них не наместником Путивля, а воеводой Новгород-Северского [7, с.195].
Зимой 1564 г., в конце января, по сведениям Александро-Невской летописи «Вяземские же воеводы бояре князь Василей да князь Петр Семенович Серебряные с товарищи по сроку к Орше на Баран пришли и учинилась им весть, что Полотцка воевод князя Петра Шуйского с товарищи к Орше Литовские люди не пропустили и они в Литовской земле войну распустили и Литовские места воевали Дубровинские, Оршанские, Дручские, Березынские, Копоские, Шкловские, Могилевские, Радомельские, Мстиславские, Кричевские и королевские села и деревни жгли и в посылках во многих заставы Литовских людеи побивали и язык имали и в полон многих людеи и животы поимали. И пришли на Смоленскую украину февраля в 9 день со всеми людьми дал бог здорово.» [6, с. 329-330]. Эти сведения также находят подтверждение в разрядах [7, с.209-210].
Летом 1564 г. «Июля в 25 день ходили из Смоленска в Литовскую же землю ко Мстиславлю воевода Василеи Романович Бутурлин, с детьми боярскими и с Татары служилыми, и с Казанскими с горными, и с Чебоксарскими, и с Остроханьскими, и с Ногайскими, и с Городецкими и с Мордвою и воевали Мстиславские места и Кричевские и Радомльские и Могилевские и многих людеи побили и в полон взяли воиньских людеи шляхтыч, и з женами и з детьми и черных людеи всяких 4.787 душ; и пришли в Смоленеск со всеми людми дал бог здорово» [6, с.33 5-336].
Летописи, сообщая о военных действиях в «Могилевских местах», ничего не говорят об осаде непосредственно самого Могилева и его замка. Хронология второго похода (конец января-9 февраля 1564 г.), например, позволяет в нем видеть непродолжительный рейд московской дворянской конницы в пределы враждебного государства, результатом которого стало разорение приграничных волостей ВКЛ, взятие «языков» и «литовского полона». «Мы видели характер наших войн не только до Иоанна III, – писал С.М. Соловьев – но при нем, при сыне и внуке его войн с Литвою: ратные толпы входили в неприятельскую землю, страшно опустошали ее, редко брали города и возвращались назад, хвалясь тем, что пришли поздорову с большой добычею; литовцы платили тем же; но движения с их стороны были слабее вследствие указанных уже прежде причин, и потому Москва выходила постоянно с выгодами из войн с Литвою» [8, с. 629].
Военные действия, которые непосредственно затронули Могилев, развернулись на заключительном этапе Ливонской (Инфлянтской) войны, когда весной 1581 г. русское командование приступило к подготовке крупной военной операции в верхнеднепровских землях ВКЛ с целью ослабить давление армии Стефана Батория на северо-западные пределы Российского государства и, в частности на Псков, под стенами которого и решился исход войны. Тогда по известиям Разрядных книг «Лета 7089 (1581) марта в 17 день стояли воеводы в Можайску да из Смоленска ходили в Литовскую землю под Могилев и иные города войною. В большом полку воеводы князь Михайло Петрович Катырев- Ростовский, да окольничей и воевода князь Дмитрий Иванович Хворостинин, да Ондрей Яковлев сын Измайлов. В правой руке воеводы Иван Михайлович Бутурлин да князь Меркур княж Олександров сын Щербатого, да Игнатий Кобяков» [7, с. 315]. Обращает на себя внимание, что только по двум полкам, из шести перечисленных воевод четверо носили княжеский титул, что говорит о значительных воинских силах, собранных для похода.
Крупнейший представитель дворянской историографии Н.М. Карамзин, почитаемый в среде историков за известия, почерпнутые из не дошедших до нас утраченных документов, привел несколько интересных выписок из Разрядных книг, в том числе и о любопытных подробностях хода военных действий, не известных по другим источникам. Вот одна из них о действиях московских воевод, которые 25 июня 1581 г., достигнув Орши, «… Литовскую землю повоевали, а были у Дубровны и у Орши, и у Покоси, и у Чклова, и у Могилева, и у Радомля, посады пожгли и под Чкловом были бои: на том бою литовских людей побили и язык многие поимали; и ранили в воротах городовых воеводу Романа Дмитровича Бутурлина, да дворянина князя Никиту Лубаева Черкасково, и от ран померли; а пришли на Смоленск иные воеводы здорово; а с сеунчом послали к государю в Старицу князя Самсона Долгорукова» [11, Прим. № 553, с.123].
Нарративные источники дают два варианта событий. По версии Баркулабовской летописи они развивались следующим образом: «Року 1580 гасподарь кроль Стефан был под Псковом и взял город Псков. А москва, то ест Серебреный з немалым войском место славное Могилев выжог. Там же у краи Шклов, Копысу, села велми опустошили. Таке же и около Могилева. На Орши и до Радомли, Мстиславля – тых замков не подходила, ани рушила. А в Баркулабове князь Чарторийский Иван з войском своим на тот час был. Так теж и Темрюк со тристами войска татарского при нем был у Баркулабове. На тот час и сторожу у Новоселках московскую поймали. А потом Темрюк и князь Чарторийский, князь Иван, взявши ведомость певную от сторожи московское, которую поймали у Новоселках, то есть на имя Ивана. и князь Иван Чарторийский заехал от Шупень, дорогою великою шкловскою до Могилева тягнул. А москва под местом Могилевом места жгут. А Темрюк з Боркулабова дорогою могилевскою на Зудобровеня до замку Могилева з войском притягнул.
А войско литовское у Школе стояло. Тепер же от Могилева почали отпирати с трех сторон: Чарторийский от Шупень, Темрюк з Баркулабова, войско литовское з Копыси, и з Шклова. Москву от Могилева отперли, побили, отогнали» [9, с. 174-175]. Исследователи уже давно обращали внимание на недостоверность сведений отрывка этого летописного текста, в котором, по законам хроникального повествовательного жанра, наслоились разновременные по характеру и фактическому содержанию известия с большим хронологическим отрывом от реальных событий.
Другой источник, возникший непосредственно в процессе финальной стадии войны и изданный в 1867 г. М.О. Кояловичем, известный как «Дневник последнего похода Стефана Батория на Россию», несет более точную и полную информацию. В письме могилевского войта Мартина Стравинского королю, сообщающим о нападении московских воевод на Могилев 27 июня 1581 г. указывается: «От пленников мы получили и то известие, что, отправляя этих людей из Дорогобужа, князь Московский приказал, чтобы они шли под 7 замков Вашего Королевского Величества, т.е. под Дубровну, Оршу, Копысь, Шклов, Могилев, Радомль и Мстиславль, как они и сделали. А оттуда приказано им выйти на Рославль, московский замок, а из Рославля прямо им приказано быть в Дорогобуже и там всем этим людям отдыхать, а всем воеводам явиться к князю, так как он хочет иметь точные сведения обо всем, – если бы не было какого препятствия ему со стороны войск Вашего Королевского Величества, – имея в виду прибавить им людей и пушек» [10, № 51, с. 254, 766].
Известие об этом нападении подтверждается и письмом Щастного Головчинского королю от 30 июня, где он жалуясь на опустошение своего имения, говорит, что он поэтому не может идти на войну, и просит короля не лишать его за то своей милости. «Люди Московские – пишет Головчинский – переправившись через Днепр на ту сторону к Орше и Могилеву 25 июня, неожиданно, рассеявшись по окрестностям, нанесли большой ущерб, как никогда еще на нашей памяти: пожгли все волости, начавши от Орши, Копыси, Шклова…» [10, № 50, с. 251-252].
Копии писем Стравинского и Головчинского автор «Дневника» младший секретарь королевской канцелярии, по всей вероятности Иван Петровский, переслал к маршалу королевства Андрею Опалинскому при письме от 23 июля 1581 г. из стоянки в лесу между Полоцком и Заволочьем. В этом письме есть еще три известия о походе Катырева-Ростовского и Хворостинина. « 3 июля: Мы получили известие, что Москва с татарами сожгла город Оршу и около 2000 деревень около Могилева, Шклова и тех краев, много забравши людей и нанеся большие убытки, и это во время перемирия, которое заключили здесь московские послы ad diem 4 июля.
6 июля: Если уедем отсюда, а этого Себежа не возьмем, так, наверное, сюда явиться Москва. Но то беда, что это уж наверное, что очень больших бед наделала Москва около Могилева, Шклова, Копыси; там они напали на край очень населенный, сожгли около 2000 деревень, шляхты, свободных, полону
забрали страшную силу и погнали за Днепр, сами потом за ними вплавь, – спаси Боже от этого, – была там недалеко рота Казановского и пана Троцкого, но ни на что не смела решиться, потому, что их с татарами было около 20000. 10 июля: Пришло из украйны известие, что Москва с татарами в значительных силах идет добывать Орши; есть у них с собой и пушки; шпионы видели их своими глазами…» [10, с.33-38].
27 июня 1581 г. по сообщению войта Мартина Стравинского из Могилева к королю неприятельские войска «.сожгли предместье за Дубровной Лучкова, также сожгли 6 домов в посаде за Днепром, который называется слободой, тоже сожгли до 100 домов.», а затем, обороняясь от войск неприятеля «.которые целый день во вторник, нападая всею силою, старались прорваться к городскому укреплению, желая зажечь острог, от чего мы их с Божьей помощью удерживали огнем из замка и из острога и не допускали до этого, разместившись под прикрытием и по домам стрельцов с ружьями и делали вылазки, так что с помощью Божьей и счастьем В. Кор. Вел. Они, спаливши в том вышеназванном предместье несколько сот домов, людям не причинили никакого вреда и совсем в это время никого из нас не захватили, только застрелили двоих и потерпели большой урон в своих людях, как от огня из замка, так и из городского острога, в тот же день во вторник при заходе солнца поспешно удалились от города к деревне В. Кор. Вел. Баторке и в полутора милях от города, лежащей на берегу Днепра, а там наскоро пришедши к Днепру, тотчас же сделали для главных воевод несколько плотов, сами все пошли в плавь и в ту же ночь, со вторника на среду, все переправились через Днепр и в час уже дня распустили людей в окрестности и начали жечь деревни, направляясь к Радомлю и Мстиславлю, замкам В. Кор. Вел.» [10, № 51, с. 252254].
Местные источники ограничиваются известиями о том, что «Года 1581 – го. Москва на Инфлянты идя наступала до Могилева, а на то время еще крепости не было, кроме замкового острога. А ту войну называли у нас Петровская Москва» [12, с. 240]. Не многим содержательнее воспоминания современников. Рейнольд Гейденштейн обращал внимание, что «.войско неприятельское было стянуто к Смоленску, и что оттуда было сделано нападение на Могилевскую и Шкловскую области. На зимних квартирах находилось в тех местностях несколько эскадронов всадников; из числа их эскадроны Христофора Радзивила и Мартина Казановского встретили неприятеля, появлявшегося одновременно в разных местах, имели с ним несколько счастливых стычек, и заставили его, не долго пробывши в нашей земле, тотчас вернуться на свои границы» [13, с. 178].
Дореволюционная историография на общем фоне войны уделяла мало внимания событиям 1581 г. в Могилевском Поднепровье [14, с. 212-213], оказавшимся в тени последующей обороны Пскова и мирным переговорам Батория и Ивана IV. В этой связи отвлекающий летний днепровский поход царского любимца Дмитрия Хворостинина и князя Михаила Катырева- Ростовского характеризовался предельно скромно и малорезультативно.
Нынешние российские военные историки привнесли в исследовательский тон иные оценки. «20 июня 1581 г. польская армия – замечает В.А. Волков – выступила в третий поход. На этот раз скрыть его подготовку и направление главного удара королю не удалось. Русским воеводам удалось опередить врага, нанести предупреждающий удар, разорив окрестности Дубровны, Орши, Шклова и Могилева. Это нападение не только замедлило продвижение польской армии (по-видимому именно из-за него Баторий вынужден был на две недели задержаться в лагере на реке Дриссе), но и ослабило силы выступившей на Псков армии» [3, с. 213]. Тогда же летом 1581 г. началось знаменитое «Псковское сидение» – неудачная для Стефана Батория осада Пскова, ускорившая подписание 10-летнего Ям-Запольского перемирия, которое положило конец войне.
За Могилевом же, в период Ливонской (Инфлянтской) войны, получившим войтовство (1561г.) и полное Магдебургское право (1577г.) и несколько важных королевских грамот и установлений, способствовавших его экономическому росту, еще более прочно закрепился статус крупного оборонного узла и стратегического центра на восточных рубежах Речи Посполитой,
Литература
1.Сборник Императорского Русского исторического общества в 148-ми томах. – СПб – Петроград, 1867 – 1916. – Т. 59: Памятники дипломатических сношений Московского государства с Польско-Литовским (с 1533 по 1560 гг.) / Изд. под ред. Г.Ф. Карпова. – СПб.: Типография Ф.Г. Елконского и Компании, 1887 – T.II. – 629 с.
2.Послания Ивана Грозного./ Подг. текста Д.С. Лихачева, Я.С. Лурье. Под ред. В.П. Адриановой-Перетц. – М-Л.: Изд. АН СССР, 1951. – 716с.
3.Волков, В.А. Войны и войска Московского государства. – М.: Изд-во Эксмо, Изд-во Алгоритм, 2004. – 576 с.
4.Шапран, А.А. Ливонская война 1558-1583. – Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та путей сообщения, 2009. – 528 с.
5.Янушкевич, А.Н. Ливонская война. Вильно против Москвы: 1558 -1570. – М.: Квадрига; Русская панорама, 2013. – 384 с.
6.Летопись начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича. Александро-Невская летопись. Лебедевская летопись. – Полное собрание русских летописей. – Т. 29. – М.: Наука, 1965. – 390 с.
7.Разрядная книга 1475-1598 гг. / Подг. В.И. Буганов. – М.: Наука, 1966 – 614 с.
8.Соловьев, С.М. Сочинения. В 18 кн. Кн. 3. Т. 5 и 6. История России с древнейших времен / Отв. ред.: И.Д. Ковальченко, С.С. Дмитриев / С.М. Соловьев. – М.: Мысль, 1989. – 783 с.
9.Хроника Литовская и Жмойтская. Хроника Быховца. Баркулабовская летопись. Полное собрание русских летописей: Т. 32. – М.: Наука, 1975. – 234 с.
10.Дневник последнего похода Стефана Батория на Россию и дипломатическая переписка того времени относящаяся главным образом к заключению
Запольского мира (1581-1582 г.) – Приложения – СПб.: Изд. по поручению Императорской Академии наук М. Кояловичем, 1867 – 832 с.
11.Карамзин, Н.М. История государства Российского. Кн. III, Т. IX., Прим № 553. Изд. подг. Д.С. Лихачев, С.О. Шмидт / Н.М. Карамзин – М.: Изд-во «Книга», 1989 – 284 с.
12.Летописи белорусско-литовские. Приложение I. Могилевская хроника Т. Р. Сурты и Трубницких. Полное собрание русских летописей: Т. 35. – М.: Наука, 1980. – 305 с.
13.Гейденштейн, Р. Записки о Московской войне (1578-1582). Пер. с лат. / Р. Гейденштейн – СПб.: Типография Министерства внутренних дел, 1889. – 312 с.
14.Новодворский, В. В. Борьба за Ливонию между Москвою и Речью Посполитою (1570-1582). / В. В. Новодворский – СПб.: Типография И.Н. Скороходова (Надежденская, 43), 1904. – 360 с.

Сидоренко Б.И.
Частное учреждение образования «БИП-Институт правоведения»
(г. Могилев, Беларусь)

Источник